Главная Новости Расписание походов Фото Видео Публикации Проекты Ссылки О нас
Контакты Персоналии Официальные документы Совет клуба Как вступить в клуб Публикации История клуба Традиции
Пользователь

Пароль

Запомнить меня
Забыли пароль?
Контакты

тел.: 8 982 6131334
тел.: 8 904 3859702
e-mail: uraltropa@yandex.ru

Снаряжение от производителя

Крепления лыжные

Дискавери. Снаряжение для активного отдыха
Манарага - все для туризма и активного отдыха
ВЕК - туристическое снаряжение

КАНТ

Палатки 66

Палатки 66

Информационное письмо Совета Турклуба Уральские тропы Версия для печати

Информационное письмо Совета Турклуба “Уральские тропы” об обстоятельствах камчатской экспедиции 2014 года и последующих событиях.

Здравствуйте, дорогие турклубовцы! От имени Совета клуба, обращаемся ко всем, для кого наш клуб стал частью жизни и кого волнует происходящее в турклубе. За последние месяцы произошел ряд событий, выходящих за рамки разумного, никто даже предположить не мог, что такое может произойти в нашем клубе. В этом письме мы расскажем о том, что произошло, и о том какие последствия это имело для нашего клуба.

После произошедшей 8 августа трагедии на Камчатке, Советом клуба было проведено расследование ЧП. На этом расследовании выяснялись причины ЧП, действия руководителя и участников при подготовке экспедиции, в ходе экспедиции и восхождения, а также после ЧП. Это обычная практика, такое расследование проводится после каждого серьезного происшествия.

Организатором и руководителем экспедиции был Павел Добряк. Его помощниками были Олеся Берендеева и Иван Трошин. В ходе расследования были установлены факты пренебрежительного отношения руководителя к обязательным элементам безопасности при подготовке экспедиции. Так, лицу, которое должно было контролировать в Екатеринбурге экспедицию (Роман Катаев) не была предоставлена необходимая информация. Были предоставлены (высланы по электронной почте) только точки маршрута, без указания дней, в которые группа будет в этих точках находиться, и другой необходимой информации, причем это было сделано в последний день перед отъездом группы (в уведомительном порядке). Ни заблаговременно, ни перед поездкой не был предоставлен полный список участников. Неизвестным для контролирующих остался вопрос опыта каждого из участников похода. И в случае возникновения любого НС со всей группой, в Екатеринбурге даже не знали бы, а кто вообще попал в НС и кого спасать! Руководитель экспедиции Павел Добряк вернулся в Екатеринбург из другой экспедиции за 4 дня до выезда на Камчатку, не участвовал в формировании окончательного списка участников камчатской экспедиции, и даже не обладал полной информацией о нем, оставив этот очень важный вопрос на откуп своих заместителей. Закончилось это тем, что одного из участников уже на маршруте на второй день пришлось развернуть, предоставив ему самостоятельно (по решению Добряка) добираться к точке старта пешей части (сопровождение до точки старта организовано не было). Не все участники экспедиции были застрахованы. Были другие недоработки, на которые было указано Павлу Добряку. Также в ходе расследования Павлу Добряку было сделано замечание по прохождению группой опасного участка без организации должной страховки (ледник и снежный мост через трещину). Группа из 15 человек имела только одну веревку, которой не хватило бы для страховки всех членов, что недопустимо. Имеющегося у группы снаряжения было однозначно недостаточно для безопасного прохождения технически сложных участков, с которыми группа могла столкнуться на этом маршруте. Часть участников группы не имела должного опыта и снаряжения для преодоления технически сложного участка. Для них не было организовано тренировок на Урале, и им не было отказано в участии в походе.

Значительные нарекания вызвало бездействие Павла Добряка, как руководителя, после ЧП. Было особо отмечено, что Добряк не сделал вообще никаких попыток организации поисково-спасательных работ. Павел Добряк вернулся с восхождения на Ключевскую сопку в лагерь примерно за 1,5 часа до прилета спасателей. Тут он застал примерно следующую ситуацию: «Было известно, что сошла лавина, и нет связи с первой связкой (Иван, Вадим, Оля). Во второй связке имеется пострадавшая с переломом ноги, и группа предпринимает попытку спустить ее в лагерь. Неизвестно вылетели ли спасатели, и прилетят ли они вообще и когда. Лавинный вынос располагается примерно в 300 – 500 метрах от лагеря, выше лагеря примерно на 50 метров, то есть совсем рядом». В таких условиях логично было предположить, что первая связка снесена лавиной, и возможно ребята еще живы и находятся в снежном плену. Дорога была каждая минута и секунда. Но Добряк не удосужился ни сам поучаствовать в поиске, ни организовать для этого группу. Совету клуба он объяснил это тем, что вернувшись с Ключевской, он был очень сильно измотан и не способен предпринять поиски. Т.е. был не способен пройти 500 м на поиски пропавшего друга! Ведь Ивана Трошина Добряк называл своим другом! Но на перевале находились также и те, кто не участвовал в восхождении на Ключевскую. Можно было организовать поисковую группу из них. Но и этого Добряком сделано не было! Отметим, что на следующий день, уже после того как спасатели улетели, многие участники спокойно ходили на лавинный вынос, и находили там вещи погибших. Также Добряк ничего не сделал для встречи группы, которая спускалась с Камня с пострадавшей. Сами участники организовали медпункт и встречали пострадавших. Когда спасатели увозили пострадавших и погибших, Добряк не удосужился назначить сопровождающего. Олеся Берендеева за некоторое время до вылета сама осознала, что отправлять раненых без сопровождения нельзя и самостоятельно приняла решение, что она улетает вместе с двумя пострадавшими и телами погибших на вертолете МЧС (поставив об этом в известность Добряка). Также Добряк даже не поинтересовался у врача экспедиции (Натальи Акмаловой) о состоянии тех пострадавших, которые оставались с группой на перевале. В результате Евгений Морозков не был эвакуирован спасателями, хотя получил сильнейшее сотрясение мозга, и по показаниям участников примерно час провел без сознания! В таком случае госпитализация просто необходима, так как возможно значительное осложнение состояния пострадавшего вплоть до летального исхода, и Морозков в таком состоянии не должен был сам принимать решения, оставаться ему с группой или нет! На совете Добряк объяснил свое бездействие тем, что был настолько психологически подавлен произошедшим, что был не способен предпринимать какие-либо действия самостоятельно! Единственное, на что он оказался способен - это вывести группу в цивилизацию. Причем ставил себе это как особую заслугу! На что в процессе расследования ему было указано, что это была его прямая обязанность, а не заслуга.

За сутки до выхода группы в цивилизацию, у группы появилась сотовая связь. Но Добряк не удосужился позвонить людям, которые в Екатеринбурге занимались решением всех возникших проблем и задач (Роман Катаев, Дмитрий Агафонов). Сами они дозвониться до Добряка не могли. А в это время решались сложные вопросы по страховке, вывозу тел, организации похорон, вывозу вещей погибших с Камчатки в Екатеринбург. Приходилось общаться с МЧС и СМИ. Совету турклуба Добряк объяснил это тем, что денег на телефонах было мало и все звонили родственникам, чтобы их успокоить. Но и после выхода в Петропавловск-Камчатский Добряк так и не удосужился позвонить Роману и Дмитрию. Это он объяснял уже тем, что считал, что Рома и Дима так загружены, общаясь с МЧС и прессой, что он не хотел их беспокоить! Также Совет клуба особенно отметил, что когда Добряк находился в Петропавловске, решались проблемы со страховыми компаниями, авиакомпаниями и вывозом тел погибших, он в этом не только не участвовал, но даже не знал об этих проблемах и не поинтересовался, почему Олеся Берендеева не выпускает телефона из рук. А проблемы были очень серьезные. Страховая компания не хотела оплачивать расходы, авиакомпания отказывалась перевозить тела погибших без сопровождения, после сложных переговоров удалось договориться о перевозке, но в последний момент авиакомпания снова отказалась перевозить тело Оли так как у нее появился более срочный груз, и Роману с Олесей пришлось срочно организовывать перевозку через Москву. В результате Олю привезли в Екатеринбург за несколько часов до похорон, родственники и турклубовцы были на нервах все это время, а Павел Добряк даже не знал о сложностях и не интересовался этими вопросами. Находясь в Петропавловске, Добряк не удосужился решить, как поступить с двумя остающимися на Камчатке пострадавшими. Их ожидали тяжелые операции, у обоих были сломаны ноги. В результате опять Олеся Берендеева самостоятельно принимает решение остаться с пострадавшими. Добряк же, «помахав ручкой» и пожелав скорейшего выздоровления, отбыл домой с остальными членами группы. При этом Добряк не оставил достаточное количество денег для дальнейшей доставки пострадавших в Екатеринбург. В результате, позднее, для того, чтобы пострадавшие и Олеся смогли вернуться в Екатеринбург, деньги на билеты высылались людьми, которые никакого отношения к этой экспедиции не имели, не являлись знакомыми и родственниками пострадавшим. В Екатеринбурге лишь спустя месяц после сообщения о необходимости компенсировать данные затраты и лишь после третьего напоминания Добряк эти деньги возместил.

На следующий день после своего возвращения в Екатеринбург Добряк позвонил Роману Катаеву и заявил, что, так как у него в Крыму отдыхает беременная жена, то он отбывает к ней! На замечание, что есть ряд вопросов, которые требуют его участия, он заявил, что договорится с Валентином Касимовым, чтобы тот его заменил. Позднее, когда Роман и Дмитрий обратились к Валентину, последний заявил, что ему ничего неизвестно о поручении Добряка, он занят и заниматься делами клуба не сможет. Поэтому дела, которые должен был сделать Добряк, опять же пришлось решать другим людям (разбор вещей погибших и передача их родственникам и большой ряд других вопросов).

На основании вышеизложенного Совет клуба пришел к мнению, что Павел Добряк в сложившейся ситуации не справился как руководитель со своими обязанностями. Не смог организовать поисково-спасательные работы, пренебрег многими правилами безопасности, самоустранился от решения многих проблем. В связи с этим по отношению к Павлу Добряку было принято следующее решение:

«Павлу Добряку:
- Запретить руководство автономными походами длительностью более 4-х дней кроме тех походов, в которые Павел получил выпуск от уполномоченного лица в турклубе, либо от уполномоченной организации (МКК Федерации спортивного туризма, Федерации альпинизма);
- Безусловно запретить руководство походами с горными препятствиями категории трудности выше 1Б, со снежно-ледовыми препятствиями категории трудности выше 1А, другими технически сложными препятствиями (например, - переправы через горные реки)»

Другими словами, Павлу была оставлена возможность проводить походы в рамках турклуба без технически сложных категорийных участков при условии, что он найдет компетентное лицо в турклубе или выпускающей организации, которое возьмет на себя ответственность за выпуск группы Добряка на маршрут. Отметим, что даже в турклубе такое лицо нашлось. Надеемся, что Вы признаете за Советом право не нести уголовную и моральную ответственность за человека, который потерял наше доверие! Отметим особо, что никаких разговоров на тот момент об исключении Павла Добряка из турклуба не было. Более того, в Совете клуба были люди, и их даже было большинство, которые были против полного запрета на длительные походы Добряка, хотя и такой вариант обсуждался.

По принятому в отношении него решению, Добряк обвинил Совет клуба в избирательном к нему отношении. Отметим, что избирательное отношение Совета клуба к Добряку имело место, но только противоположной направленности. При принятии решения в отношении Павла Добряка, Совет клуба учел тот большой вклад, который Добряк внес в развитие клуба. Если бы Совет принимал решение в отношении какого-то другого руководителя, который совершил бы аналогичные «проступки», то решение принималось бы совсем другое - либо полностью отстранить от руководства и походами, либо исключение из клуба.

Поэтому Совет оценивает принятое в отношении Добряка решение как вполне разумное и достаточно мягкое.

Особенно отметим, что при принятии решения Совет клуба рассматривал действия Павла Добряка только с точки зрения действий руководителя экспедиции, и не учитывал морально-этическую сторону вопроса (хотя она, конечно, тоже обсуждалась, все мы люди). А претензии к Добряку есть и с этой стороны! Например, на Совете Павлу Добряку был задан вопрос: «Почему за 2 месяца он ни разу не удосужился посетить пострадавших ребят, а так же родителей погибших?» На что Добряк ответил следующее: «Мне этот вопрос напоминает вопрос Сталина Надежде Константиновне Крупской, почему она не посещает мавзолей Ленина!?». На замечание о том, что никто не спрашивает, сколько раз в месяц Добряк посещает могилы Ивана и Оли, а спрашивают его о живых людях, участниках его похода, Добряк ничего не ответил. Также Добряк отказался предоставить Совету клуба фактическую смету по проведенной экспедиции на Камчатку и отчет по количеству денег, заработанных им при проведении этой экспедиции. Отметим, что по оценкам Совета клуба (основанным на информации о стоимости участия в экспедиции рядовых участников, количестве человек, себестоимости аналогичной экспедиции Серафимовича несколько лет назад, а также упоминании Добряка после экспедиции о планах купить капитальный гараж для клуба) «прибыль» Добряка от проведенного на Камчатке мероприятия лежит в диапазоне от 200 до 300 тысяч рублей. Сумма для нашего клуба просто астрономическая! Отметим, что хоронили ребят на деньги, собранные на добровольные пожертвования неравнодушных людей из окружения клуба, а также друзей и коллег погибших. Все деньги, которые остались после похорон, были распределены между пострадавшими, а также родителями и родными погибших. Добряк же не сделал даже предложения распределить все или хотя бы часть денег, полученных на Камчатке, между пострадавшими и родными погибших! Отметим, что деньги, собранные свыше себестоимости похода, по правилам клуба не являются собственностью руководителя похода, а принадлежат всему клубу. На эти деньги закупается новое снаряжение, и несутся другие расходы клуба (согласно устава). Добряк же, похоже, решил положить эти деньги себе в карман. Получается, что Добряк заработал на крови своих погибших товарищей.

Решение по Павлу Добряку об ограничении сложности походов Советом клуба было принято 29 октября. Дальше произошли события, которые оцениваются Советом как выходящие за рамки нормальных человеческих отношений и после которых на Совете был поднят вопрос об исключении Добряка из клуба «Уральские тропы». Описываем эти события ниже.

Павел Добряк плотно общается с Николаем Богдановым, который оказывает ему юридические консультации, в связи со следствием по камчатскому ЧП и по другим делам. После принятого Советом клуба решения, Добряк переслал Богданову e-mail переписку Cовета по камчатскому ЧП (тем самым нарушив тайну переписки). После чего 30 октября вечером в адрес членов Cовета со стороны Богданова посыпались письма, переполненные ненормативной лексикой и угрозами. Кто-то, возможно, видел также сообщение Богданова на страничке турклуба в социальной сети «ВКонтакте». Отметим, что Богданов предоставлял свой гараж для хранения снаряжения турклуба. Роману Катаеву Богданов предоставил ключи, чтобы можно было свободно, в отсутствие владельца гаража, забирать и привозить снаряжение. Позднее практически все снаряжение было распределено по руководителям. Но Роман хранил в гараже у Богданова спортивные катамараны, представляющие немалую ценность как для турклуба, так и в денежном выражении. После неадекватных писем Богданова, вечером 30 октября Роман Катаев решил вывезти спортивные катамараны из гаража Богданова, что называется «от греха подальше»! После этого 31 октября Николаем Богдановым было подано заявление в полицию, в котором указывалось, что Роман Катаев украл хранящееся в гараже Богданова снаряжение, принадлежащее турклубу «Уральские тропы».

Далее рассказ пойдет от имени Алексея Соболева, т.к. Алексей оказался свидетелем последующих событий.

«Здравствуйте, дорогие турклубовцы! Я, Алексей Соболев, хочу рассказать вам о поступках Николая Богданова и Павла Добряка, которые, на мой взгляд, настолько чудовищны, что даже поверить в то, что они были совершены этими людьми, трудно! Эти двое граждан настолько преступили нормы человеческих отношений, в моем понимании, что называть их именем – «Человек», я более не могу! Поэтому по отношению к ним буду использовать слово - «гражданин». Хочу заметить, что никаких личных мотивов, чтобы порочить этих граждан, я не имею! Напротив, до совершенных ими поступков, я относился к ним по-дружески, и с большим уважением! Многие участники моих походов могут подтвердить, что когда бы ни возникали у нас разговоры о Павле Добряке (а такие случаи бывали довольно часто), я всегда высказывался о нем лично, а также о том большом вкладе, который он внес в развитие нашего клуба, с большим уважением! И теперешняя моя позиция по отношению к этим двум гражданам связана исключительно с моим пониманием нравственных человеческих норм!

Когда 31 октября мне позвонил Роман Катаев и сообщил, что в отношении него было подано заявление в полицию на то, что он якобы украл снаряжение турклуба, для меня это было шоком! Первым делом я позвонил Добряку и спросил его: «Паша, что вообще происходит?». В ответ мне Павел сказал примерно следующее: «Леша, я сам в шоке! Сейчас я веду переговоры с Романом и Николаем Богдановым, уже почти все уладил! И если Роман не выкинет что-нибудь неожиданное, то я все улажу!». Немного успокоенный, я позвонил Роме и рассказал ему об этом разговоре. В ответ Роман сказал следующее: «Не верь ни одному слову! Сейчас мне Николаем Богдановым и Павлом Добряком назначена встреча, на которой я должен буду подписать бумагу, в которой будет указано, что я не буду мешать Добряку разделять наш клуб и еще какие-то условия. И после этого они подадут заявление в полицию, что претензий ко мне не имеют!». Я был просто ошеломлен! Я спросил Романа, могу ли я ему чем-то помочь или поприсутствовать на этой встрече? Рома сказал, чтобы я приезжал, а он потянет время. Встреча происходила в кафе на ЖБИ. Когда я приехал, там находились Богданов, Добряк и Рома Катаев. Богданов пил пиво и был уже довольно пьяный, пару раз, вставая из-за стола, он падал на соседние столики. В процессе встречи Богданов указал, что не преследует личных мотивов, а действует только в интересах Павла Добряка! Замечу, что присутствующий тут же Добряк никак эти действия не осудил и не отмежевался от них. Более того, он активно участвовал в шантаже Романа Катаева, требуя, чтобы ему отдали хранящийся у Димы Агафонова катамаран, а так же котелки, которые должна была отдать Роме Наталья Акмалова после Камчатки! Т.е. дело дошло до дележа «ложек-поварешек»! Присутствовать на этой встрече было очень мерзко! Я испытывал огромное желание встать и уйти! Единственное, что удерживало меня, что мое присутствие оказывает поддержку Роме в этой неприятной ситуации! Я прямо физически ощущал, как рушится мое представление об этих гражданах, которых я знал более 8 лет!

Чуть позже подъехал Дима Агафонов. Переговоры закончились тем, что Рома был вынужден подписать бумагу, в которой указывалось, что он не будет препятствовать Добряку ходить в походы и разделять турклуб, а Богданов подписал бумагу, в которой он признавал, что факта кражи не было, и что претензий к Роману Катаеву он не имеет. После этого Дима, я, Добряк и Богданов поехали в полицейский участок, где нам сказали, что никакого нового заявления подавать не надо, т.к. они уже разобрались и уголовного дела заводить не будут в связи с отсутствием состава преступления. Когда все это закончилось, я был настолько в тяжелом эмоциональном состоянии, что не мог уснуть в ту ночь до 6 утра. Эти двое граждан совершили поступки, которые я мог сравнить с доносами в сталинские времена, когда преследуя личные цели, отправляли людей в лагеря и на расстрелы! Даже если отбросить нравственную составляющую, то эти двое граждан, преследуя свои цели, совершили два уголовных правонарушения! Это ложный донос и последующий за ним шантаж! Добряк отрицает свое участие в ложном доносе. Однако, он никак его не осудил, и использовал ситуацию для достижения своих определенных целей! Отмечу, что позднее уже лично от Павла Добряка в адрес всех членов Совета клуба исходили угрозы уголовного преследования (это подтвердить может, например, Илья Яблонко)!

После всего случившегося, все члены Совета клуба (за исключением самого Павла Добряка) признали для себя невозможным находиться в одной организации с этим гражданином! По Уставу нашего клуба Совет не может исключить из клуба действующего члена Совета клуба. Это может сделать только Общее собрание членов клуба. Связанный данным обязательством, Роман Катаев не мог созвать Общее собрание. Однако граждане Добряк и Богданов не учли, что другие члены совета не связаны никакими обязательствами. Поэтому, по моей просьбе, Роман Катаев написал доверенность на мое имя на исполнение обязанностей председателя клуба. На основании этой доверенности и на основании Устава я инициировал Общее собрание нашего клуба 5 декабря 2014 г. Одним из вопросов повестки которого было исключение гражданина Павла Вадимовича Добряка из членов нашего турклуба.»

После того как было принято решение об Общем собрании, у Совета встал на повестку вопрос - каким составом это собрание проводить?! Дело в том, что в клубе сложилась нехорошая ситуация. Есть более ста человек, которые подавали в клуб заявление о приеме в члены клуба, но из них официально зарегистрированных всего 22 человека. По человечески, собрание нужно было проводить полным составом, теми, кто фактически является членом клуба, принимает активное участие в жизни клуба. Но совет клуба вынужден был принять во внимание, что в случае, если решение такого совета будет для Павла Добряка неблагоприятным (а это было весьма вероятно), то Добряк объявит такое решение недействительным и сможет далее обратиться в судебные органы! Поэтому было принято решение проводить Общее собрание составом юридически зарегистрированных членов клуба.

После извещения Павла Добряка об Общем собрании и его повестке, со стороны Добряка в адрес членов Совета клуба стали поступать угрозы уголовного преследования, в связи с тем, что мы, якобы собирали взносы с людей, которые фактически членами клуба не являются! Это нас удивило, так как ответственным за финансы и за сбор взносов в турклубе был сам Павел Добряк, именно он собирал взносы с членов клуба, что могут подтвердить многие из вас. Перед Советом клуба Добряк не отчитывался ни о сумме собранных взносов, ни о потраченных средствах. Никто из членов Совета на данный момент не знает, сколько денег, собранных Добряком, у него находится. Более того, почти все заявления о вступлении в члены клуба также поступали к Добряку, и должны находиться у него!

Также от Богданова и Добряка поступали угрозы в адрес Романа Катаева о том, что они напишут заявление в прокуратуру Камчатского края о привлечении Катаева к уголовной ответственности как руководителя организации, от лица которой и проходила экспедиция, в которой погибли участники. Сам же Добряк сразу после начала следствия по данному делу получил израильское гражданство, и готов в любую минуту отбыть в «Страну Обетованную» (если следствие решит привлечь его как подозреваемого в гибели участников).

5 декабря 2014 г. прошло Общее собрание клуба, на котором из 15 голосов 13 проголосовали за исключение Добряка Павла Вадимовича из членов Турклуба «Уральские тропы», один голос был подан против, и один воздержался.

Отметим также следующие моменты.
Павел Добряк фактически украл медиа-архив турклуба. А именно, Добряк дал указание хранителю архива Людмиле Полозовой не передавать никому мобильный диск с фото и видео материалами клуба, которые в последние годы собирались на этом диске.
Павел Добряк незаконно использует на сайте своего нового турклуба медиа-материалы (фото и видео) с походов “Уральских троп”, и называет эти походы походами своего нового турклуба. Ряд участников таких походов, например, Илья Яблонко и Алексей Соболев, участники похода Добряка на Приполярный Урал в 2011 году, категорически против того, чтобы тот поход, а также фото и видео материалы с него каким-либо образом ассоциировались с новым турклубом Добряка, ведь ходили они именно в поход турклуба “Уральские тропы”.
Добряк удерживает у себя все денежные средства клуба, которые им собирались и хранились, а также ряд турклубовского снаряжения, которое не принадлежит Добряку, а принадлежит турклубу, но хранилось у Добряка на момент его исключения из клуба.

В настоящий момент, Павел Добряк создает новую организацию. Каждый из вас сам будет решать, ходить в дальнейшем в походы с Добряком или нет. Возможно, найдутся те, кто разделяет принципы и подходы этого гражданина. Ведь если у нас в клубе оказалось двое таких граждан, то возможно есть и больше! Возможно, кто-то решит, что для него важно пойти в интересное место, и он готов ради этого быть в окружении таких людей, как Добряк и Богданов. Это дело лично каждого! Каждый вправе выбирать с кем, как и в какой организации ходить. От лица Совета нашего клуба мы можем пожелать только, чтобы у вас не возникло ситуации, в которой Добряк откроется вам так, как это произошло с нами!

С уважением,
Совет турклуба “Уральские тропы” в составе:
Берендеева Олеся
Катаев Роман
Серафимович Константин
Соболев Алексей 
Яблонко Илья

< Пред.


Главная Новости Расписание походов Фото Видео Публикации Проекты Ссылки О нас